Эндрю Никкол о том, как представить миру серьёзные идеи

Эндрю Никкол («Гаттака», «Шоу трумана», «Терминал» и другие)

«Мне нравятся двусмысленные, неоднозначные истории. А Голливуд понимает только истории про хороших или плохих, это просто беда. В фильме Гостья (2013) я поставил вопрос о том, а враги ли нам пришельцы вообще? Все знают что они враги, во всех фильмах. А что если сделать их, в контексте истории, дружелюбными к миру? Мне понравилась эта идея и в Гостье пришельцы победили голод и войны. Они добрее друг к другу, чем мы, и исцелили планету. Мы, люди, лишились только свободной воли, но как раз эта самая свободная воля и превращает мир в помойку».

«Мои истории как троянский конь, что роднит их с научной фантастикой. Гораздо проще показать злободневное сегодня завтра. Если у тебя есть какие-то серьёзные идеи, и ты хочешь чтобы они просочились в людей, оберни их в мир будущего. Люди скажут: «я тут не причём», хотя на самом деле ещё как причём».

http://io9.gizmodo.com/the-host-and-gattaca-director-andrew-niccol-explains-hi-461244396

«Я всегда рассказываю истории, которые сам хотел бы увидеть. Я пишу их для себя, хотя иногда мне везёт, их концепт оценивают и финансируют. Но чаще нет — есть много моих фильмов которых вы не видели».

«Знаете, мои фильмы не о том, что ты имеешь или не имеешь, они больше о том, что ты мог бы иметь, и чего бы иметь не мог. Каждый из нас рождается в определённых условиях, и никуда он от них не денется, по правде говоря. Вам предлагают сыграть в игру с шулером, изначально. Поэтому меня всегда интересовали люди, которые ставят против своих собственных интересов. В фильме Время (2011) персонаж Винсента Картайзера произносит фразу: «все думают что у них есть шанс на бессмертие». Все по какой-то причине думают что они обязательно выиграют эту лотерею, но они заблуждаются. И я хочу им это показать, что они заблуждаются. И, конечно, я всегда ставлю на слабого (underdog)».

«Самой интересной идеей фильма я считаю смерть спешки. Если у тебя будет дофига времени — зачем писать очередную великую американскую новеллу прямо сейчас, когда ты можешь писать её в следующие сто лет? Меня это взволновало. Мой любимый персонаж это бессмертный персонаж Мэта Бомера — Генри Гамильтон, который мечтает умереть. Я думаю, что наша психология просто не сможет справиться с нашей биологией».

http://collider.com/andrew-niccol-in-time-the-host-interview/

Ещё один снимок

Ещё один снимок
И будет счастье
И счастье придёт
Оно обязательно купится
Еще один снимок
Второй, третий
И нервы окупятся
Кто первый не скупится
Ещё один снимок
Как следует тоньше
Как следует больше эстетики
Как следует толще косметики

Ещё один снимок
Надеюсь, последний
Стопервый, но хоть не стотысячный
Ещё один снимок
Ни с кем не встречаюсь
Ни с кем не общаюсь
И ты не пытайся
Не выйдет
Ещё один снимок
Ещё один снимок
Ещё один
Снимок

Жил-был поэт…

Жил-был поэт, он разливал
Слов благозвучных сок
Его почти никто не знал
И был он одинок
А рядом с ним жил музыкант
Знал больше семи нот
Не подпускал его к себе
Словесный хоровод
Через подъезд художник жил
Он красил серый мир
Косноязычный и глухой
Не мог услышать лир
В подсобке мрачной за углом
Философ обитал
Он мог бы много рассказать
Да сам в себе застрял

Я твой телефон

Привет. Как дела? Давай познакомимся.
Нет. Не уходи к другому. Я же круче, чем он.
Посмотри, как много у меня функций:
Многоядерный процессор, тачпад, камера.
Сегодня я буду твой… телефон.
Моё имя для тебя ничего не значит. Но я точно вхожу в ТОП-6.
iPhone, HTC, Xiaomi, Nokia, Samsung, Sony Erricson.
Имя не главное. Главное то, что я у тебя есть.
Погладь меня перед сном, солнышко.
Завтра тяжёлый день. Мне вставать в шесть, а тебе в семь.
И всю ночь делать зарядку. Помнишь? Я держу себя в форме.
Обними меня. Мы же не увидимся совсем.
Я хочу тебя, котёнок. Хочу проснуться с тобой в одной постели.
И увидеть мятую, ненакрашенную лахудру.
Но поверь мне, я не буду тебя оценивать.
А шепну на ушко: доброе утро.
Я могу любоваться тобой часами: на работе, в лифте, уборной.
С синяками под глазами. Грустной. Пьяной в компании.
(Ты же знаешь, я всё-равно вижу тебя лучше, чем ты есть)
Я могу смотреть с тобой порно.
Только давай не будем искать друг в друге битые пикселы.
Почему опять эти претензии как я работаю?
Я хочу почувствовать твои тёплые прикосновения,
А ты бросаешь меня, бросаешь прямо в воду!
——————————————
Экран разбит. На корпусе незаживающие раны. Работает, но еле-еле.
Продам или меняю с доплатой на телефон старшей модели.

Творчество в цифрах

Написание хорошего стихотворения: 2 часа
Написание отличного стихотворения: 4-8 часов
Написание выдающегося стихотворения: 1-3 дня
Написание короткой содержательной статьи/заметки: 2-4 часа
Работа над сценарием в плохих условиях: 1-2 стр. в день
Работа над сценарием в хороших условиях: от 5 стр. в день

«Если уволиться и сесть писать, то жить на что,
а если работать и писать, то жить когда?»
(c) Михаил Жванецкий

♪ The Moody Blues – Melancholy Man (стихотворный перевод)

Меланхолик это я, да я такой,
Кругом враги и каждый хочет мне поддать ногой.
Одинокий это я, что поделаешь, друзья,
Жлобы кругом и сам я тоже никому ничо не дам.
Нас всё больше и больше, посмотри.

Когда все звёзды упадут
И на земле найдут приют
А злые фразы ветер унесёт
Луч света озарит тебя
И вспомнишь ты что говорят
Все мудрецы которых знает этот мир
Заметишь ты прохожего
На нас с тобой похожего
Который думает что он совсем другой
Ворвалась в жизнь его беда, не может он как ты и я
Увидеть и понять весь этот мир

Убей своего ребёнка

Убей своего ребёнка. Без мужа. Он всё-равно тебе не нужен.
А лучше, продай на органы. Купи себе сумочку.
И снова станешь секси-умочка. Губки уточкой. С дядьками муточки.
Забей своего ребёнка. В истерике.
Чтоб не орал, урод, громче телека.
И по утрам давал высыпаться. До двенадцати.
Засунь его в шкаф. Заткни ему рот кляпом.
Пусть на себе ощутит жизнь без папы.
Пусть женщину видит предметом БДСМ. Ему только семь.
Пробей ему в рыло! До гематомы.
Как настоящая пациентка дурдома. Кричи!
Исступлённая. Пусть всем будет тебя жаль.
Обматери его к чертовой матери! Как материла его урода-отца,
Который ушел к другой, не выдержал.
И жди. Однажды ты поднимешь на него руку, а он тебе её сломает.
И ты, хромая, пойдешь по вагонам, без прописки.
Ты бомж, родная. Ты никому не нужна. Даже близким.

Умная дура

Льсти себе. Что мужчин ты ломаешь, как спички.
И сердца их воруешь, как с наколками вор, за анкетой, цинично.
Помечтай. Что когда-нибудь, будешь вести себя неприлично, в парке.
Ты такая крутая. Перед зеркалом с сумочкой. Ты Трей Паркер.

Посылай. Всех своих Одиссеев в Итаку.
Укажи направление дятлам на йух.
Враг повержен. Ты жди.
Пока мимо несутся года словно бабы,
С полным брюхом не знавших тебя мудаков.

Приглашай. Посмотреть на свои психотравмы
В рамках. Пусть за это заплатит втридорога лох.
Унижай. Как когда-то тебя унижали, падлы.
Пусть не будет друзей. А тем паче, друзей-мужиков.

Оглянись! Что ты делаешь, умная дура!
И кому хорошо, от повадок таких. Тебе?
Завяжи. И займись, наконец, физкультурой
А мужчине, который не гадит тебе, улыбнись.

Лопоухий лошарик

Лопоухий лошарик
Развесил уши, развдинул пальцы
А ты кто? Ты почти святая
В своей потребности размножаться
Все футболки растянуты спелостью
В твои двадцать
И три года осталось
Жить узким джинсовым штанам
Лопоухий лошарик
Он хочет, конечно же, соединяться
А не думать, зачем
Разделила природа вас напополам

Читать далее Лопоухий лошарик

Осень в Сан-Пите (Растрелли)

Осень в Сан-Пите.
Острый, как керамический нож, ветер.
Неба мокрота с доставкой в притоны чахотки 24×7.
Утро субботы.
И дерзкие, самодовольных мещан глотки,
За пару минут выводят наружу всё то,
Что неделю копилось в душе.
На капителях меняет однушки на двушки зелёная плесень.
Декоративные альфа-самцы умащают колонны амбрэ.
А под одной из колонн, на горностаевом месиве, сидит
С тростью потёртой в руке опухший старик.
Жуткий, как вывернутый наружу пафос.
Пальцы кривыми корнями вцепились во вшивый парик.
Из-под заплывших за буйки реки алкогольной век,
Сложно представить, что это был великий
И уважаемый всеми человек…
Бартоломео Франческо Растрелли.

Читать далее Осень в Сан-Пите (Растрелли)